Расследование

Наше будущее - необитаемая Земля

14.01.2018, 12:25
{Наше будущее - необитаемая Земля} Молдавские Ведомости

Эта статья Дэвида Уоллеса-Уэллса стала самой читаемой за всю историю журнала «Нью-Йорк Мэгэзин» (New York Magazine). Автор твердо уверен: общественность недооценивает степень климатической угрозы. «Я не думаю, что называть эту статью паникерской или ее автора паникером — оскорбление. Я принимаю такое определение. Мы и должны быть в панике», - уверен Уоллес-Уэллс.

I. «Судный день»

Уверяю вас: все гораздо хуже, чем вы думаете. Эта статья — результат десятков интервью и бесед с климатологами и исследователями в смежных областях, она содержит информацию из множества работ. Далее последуют не какие-то предсказания - будет представлен максимум нашего понимания того, куда будет двигаться планета, если не предпринять активные действия.

Настоящее климатических изменений само по себе достаточно ужасно. Многие гадают, есть ли какой-то шанс на выживание у Майями или Бангладеша. Большинство ученых, с которыми я разговаривал, предполагали, что мы потеряем их в течение ста лет. Повышение температуры на два градуса обычно называют порогом, за которым наступит катастрофа: десятки миллионов климатических беженцев хлынут в неподготовленный мир.

Межправительственная группа экспертов по изменению климата выпускает регулярные доклады, которые часто называют «золотым стандартом» климатических исследований. Последний из них пророчит, что мы повысим температуру на четыре градуса к началу следующего века, в случае если все будет идти так же, как сейчас. Но это лишь усредненный прогноз. Верхняя точка кривой вероятностей находится аж на уровне восьми градусов — и авторы этого прогноза пока так и не придумали, как справляться с таянием вечной мерзлоты.

Кроме того, в докладах МГЭИК не вполне учитывается эффект альбедо (чем меньше льда, тем меньше отражается солнечный свет, который тем самым поглощается землей, еще больше нагревая ее), а также исчезновение лесов и прочей флоры (которая поглощает углерод из атмосферы). И то и другое будет ускорять потепление, а история планеты показывает, что температура может колебаться с амплитудой вплоть до пяти градусов Цельсия в течение 30 лет. В последний раз, когда земля нагрелась «всего» на четыре градуса, линия мирового океана находилась на сотни футов выше.

На Земле уже было пять случаев массового вымирания. Каждый из них сильно зачистил эволюционный реестр, и это очень похоже на то будущее, в которое мы уже практически вступили. Вы, вероятно, читали в своих школьных учебниках, что все эти вымирания были результатом падения астероидов. На самом деле, все они, кроме одного — того самого, когда погибли динозавры, произошли из-за климатических изменений, вызванных парниковыми газами. Самое печально известное случилось 252 миллиона лет назад. Оно началось, когда углерод нагрел планету на пять градусов, и ускорилось, когда из-за этого началось высвобождение метана в Арктике. Процесс закончился гибелью 97% всей жизни на Земле. Мы сейчас насыщаем атмосферу углеродом как минимум в десять раз быстрее. И скорость все увеличивается.

Именно об этом думал Стивен Хокинг, говоря, что в следующем столетии виды должны колонизовать другие планеты, чтобы выжить. Именно это сподвигло Илона Маска обнародовать свои планы по созданию на Марсе обитаемой среды за период от 40 до 100 лет. Но многие трезвомыслящие ученые постепенно также пришли к апокалиптическому выводу: ни одна реалистичная программа по сокращению выбросов сама по себе не сможет предотвратить климатическую катастрофу.

II. Тепловая смерть

Люди, как и все млекопитающие, — тепловые механизмы. Чтобы выживать, нам все время нужно охлаждаться, как собакам, высовывающим языки. Для этого температура должна быть достаточно низкой, чтобы воздух служил чем-то вроде хладогента, забирая тепло с кожи. При потеплении на семь градусов это станет невозможно на обширных территориях в районе экватора, особенно в тропиках, где проблем добавляет влажность. В джунглях Коста-Рики, например, влажность составляет обычно 90%, при температуре более 40 градусов просто ходить по улице там будет уже смертельно опасно.

И результат не заставит себя ждать: в течение нескольких часов человеческое тело сварится. При потеплении на 11-12 градусов более половины населения Земли погибнет от жары. В этом веке так жарко почти наверняка не будет, однако расчеты, подразумевающие, что выбросы не снизятся, показывают, что со временем мы до этого можем дойти. В этом веке, особенно в тропиках, критический момент может быть достигнут даже гораздо раньше, чем температура поднимется на семь градусов. Ключевым фактором здесь становится параметр, который называют «температура по мокрому термометру».

В настоящее время большинство регионов достигли максимума в 26-27 градусов по мокрому термометру. Предельным значением такой температуры, пригодной для жизни, станут 35 градусов. Тепловой стресс наступит гораздо раньше. На самом деле, он уже почти наступил. С 1980 года на планете стало в 50 раз больше мест, где случается опасная или экстремальная жара, скоро их окажется еще больше. Пять самых жарких летних периодов в истории Европы начиная с XVI века пришлись на годы после 2002, и скоро просто находиться на улице в это время года будет вредно для здоровья. Такие города, как Карачи и Калькутта, станут практически непригодными для жизни. При четырех градусах потепления убийственная жара, накрывшая Европу в 2003 году и убившая около 2 тысяч человек за один день, станет считаться нормальным летом.

При шести градусах общего повышения температуры летом в нижней долине Миссисипи работа любого рода станет невозможна, и все жители страны к востоку от Скалистых гор будут подвергаться тепловому стрессу больше, чем кто-либо в мире подвергается ему сейчас. Тепловой стресс в Нью-Йорке превзойдет нынешний тепловой стресс в Бахрейне, одном из самых жарких мест планеты, а температура в Бахрейне «будет вызывать гипертермию даже у спящих». К концу века самые прохладные месяцы в тропиках Южной Америки, Африки и стран Тихого океана будут жарче, чем самые жаркие их месяцы в конце XX века. Кондиционеры усугубят углеродную проблему. Вдобавок самые жаркие части мира — еще и самые бедные. Острее всего кризис проявится на Ближнем Востоке и в странах Персидского залива, где в 2015 году зарегистрированный индекс жары доходил до 72 градусов Цельсия.

Через несколько десятилетий хадж станет физически невозможным для более двух миллионов мусульман, ежегодно совершающих свое паломничество. В районах, где выращивают сахарный тростник в Сальвадоре, до половины населения уже страдает хроническими заболеваниями почек, результат обезвоживания из-за работы на полях, где еще два десятилетия назад могли трудиться спокойно. Прибегая к диализу, который стоит немало, люди с этим заболеванием смогут прожить до пяти лет, а без него — не более нескольких недель. Конечно, тепловой стресс ударит нас не только по почкам.

III. Кончится еда

В сфере выращивания основных зерновых культур каждый градус потепления означает снижение урожая на 10%, по другим оценкам — на 17%. Если планета станет на 5% теплее к концу века, у нас будет вполовину больше людей, которых надо будет кормить вполовину меньшим количеством зерна. С белками — еще хуже. Перенести пахоту на несколько сотен миль на север непросто, потому что урожайность в таких местах, как Канада и Россия, ограничена качеством почвы. У планеты ушло много веков на то, чтобы создать оптимально плодородную почву.

Засуха может быть еще более серьезной, и некоторые из самых урожайных земель мира быстро превратятся в пустыню. Беспрецедентная засуха почти везде, где сегодня производят пищу. К 2080 году, если выбросы не будут резко сокращены, Южная Европа будет постоянно страдать от экстремальной засухи, гораздо худшей, чем те, что когда-либо случались в районе пыльных бурь в США. То же самое коснется и Ирака с Сирией, а также остального Ближнего Востока, самых густонаселенных частей Австралии, Африки, Южной Америки и районов-житниц Китая. Ни одно из этих мест, которые сегодня поставляют большую часть еды для всего мира, не останется надежным источником хоть чего-нибудь. Вспомните: мы и так уже живем в мире, несвободном от голода.

IV. Климатическая зараза

Сейчас в арктических льдах заключены болезни, которые не были на воздухе миллионы лет, с тех времен, когда людей просто не существовало. Наши иммунные системы понятия не имеют, как с ними бороться, в случае если эта доисторическая зараза высвободится из льда.

Арктика также хранит ужасающие вирусы, причем не с таких давних времен. На Аляске ученые обнаружили остатки гриппа, который в 1918 году поразил до 500 миллионов человек и унес до 100 миллионов жизней — около 5% населения мира. Ученые подозревают, что в сибирском льду заключены сибирская язва и бубонная чума. Уже в прошлом году один мальчик погиб, а еще 20 человек заразились сибирской язвой, вырвавшейся на волю, когда отступающая вечная мерзлота обнажила тушу оленя, убитого не менее 75 лет назад. 2 тысячи современных оленей тоже заразились, начав распространять болезнь за пределы тундры.

До эпохи Нового времени в истории склонность человечества к деревенской жизни служила защитой от пандемий. Сегодня даже с учетом глобализации и интенсивного перемешивания людей наши экосистемы преимущественно стабильны, но глобальное потепление расшатает эти экосистемы. Живя во Франции или в штате Мэн, вы сейчас не особенно беспокоитесь о денге или малярии. Но по мере того как тропики наступают на север, а вместе с ними мигрируют и комары, вы еще забеспокоитесь. О Зике пару лет назад вы, кстати, тоже не особо волновались. Вирус был «заперт» в Уганде, он не вызывал врожденных дефектов. Ученые до сих пор не вполне понимают, что случилось. Но кое-что о влиянии климата на некоторые болезни мы знаем наверняка: малярия, например, процветает в более жарких регионах не только потому, что там хорошо живется комарам, но и потому, что с каждым дополнительным градусом повышения температуры паразит размножается в 10 раз быстрее. Это одна из причин, по которой, по оценке Всемирного банка, к 2050 году об этой болезни придется помнить 5,2 миллиардам человек.

V. Непригодный для дыхания воздух

Нашим легким нужен кислород, но доля углекислого газа растет: она перевалила за 400 частей на миллион, и, по самым высоким оценкам, к 2100 году достигнет 1000 частей на миллион. А такая концентрация снизит способность к восприятию нашего мозга на 21%.

Еще одно вещество даже страшнее. Небольшое его количество может сократить продолжительность жизни на 10 лет. Чем теплее планета, тем больше образуется озона, и к середине века американцы, вероятно, будут страдать от 70-процентного увеличения объема вредного для здоровья озонового смога. К 2090 году до двух миллиардов человек будут дышать воздухом, выходящим за безопасные рамки. Воздействие озона на беременную женщину повышает риск наличия у ребенка аутизма в десять раз. Что заставляет призадуматься насчет эпидемии аутизма в Западном Голливуде.

Уже сейчас более 10 тысяч человек ежедневно умирают из-за мелких частиц, образующихся в результате сжигания ископаемого топлива. 339 тысяч человек умирают ежегодного из-за дыма от лесных пожаров, климатические изменения расширили их сезон. К 2050 году лесные пожары будут вдвое разрушительнее, в некоторых местах сгоревшие территории могут увеличиться в пять раз. Это увеличит выбросы углекислого газа, в особенности на торфяной почве. Например, торфяные пожары в 1997 году увеличили глобальные выбросы углекислого газа на 40%, и дальнейшее горение будет означать дальнейшее потепление, которое в свою очередь опять поспособствует горению.

Существует и ужасающая вероятность того, что тропические леса вроде амазонских, которые в 2010 году пережили вторую «столетнюю засуху» за какие-то пять лет, могут высохнуть настолько, что тоже станут уязвимы для пожаров. Это не только катастрофически увеличит выбросы углекислого газа в воздух, но и сократит территорию самих лесов, а ведь Амазония одна обеспечивает нам 20% всего кислорода.

Существуют и более привычные виды загрязнений. В 2013 году тающие арктические льды изменили азиатскую погодную схему, лишив промышленный Китай естественной системы вентиляции, из-за чего большую часть севера страны накрыл смог. Индекс предупреждает о «серьезном обострении болезней сердца и легких и преждевременной смертности людей с такими заболеваниями, а также пожилых», а для всех остальных есть «серьезный риск затруднения дыхания». На этом уровне «все должны избегать физических усилий вне помещений».

VI. Вечная война

При повышении температуры на каждые полградуса будет наблюдаться 10-20-процентное повышение вероятности вооруженного конфликта. Эта арифметика ужасает: на планете на пять градусов теплее будет как минимум в два раза больше войн, а общее количество социальных конфликтов может более чем удвоиться. Это одна из причин того, что военных США так занимают климатические изменения: все американские военно-морские базы будут затоплены наступающим океаном, работа мирового жандарма осложнится с повышением уровня преступности вдвое.

Что объясняет связь между климатом и конфликтами? Кое-что касается сельского хозяйства и экономики, многое имеет отношение к усилившейся миграции, которая и так уже рекордно велика. Но и такое банальное явление, как человеческое раздражение, играет свою роль.

VII. Постоянный экономический коллапс

Глобальный неолиберализм, который царил до начала мирового экономического кризиса, повторял, что экономический рост спасет нас от любой напасти. Но после краха 2008 года все больше историков, изучающих то, что они называют «ископаемым капитализмом», предполагают, что вся история быстрого экономического роста, начавшаяся внезапно примерно в XVIII веке, — это не результат изобретений, торговли или развития глобального капитализма, а лишь следствие открытия ископаемого топлива и освоения энергии. До появления ископаемого топлива никто не жил лучше, чем его родители, дедушки с бабушками или предки 500 лет назад. После того как мы сожжем все топливо, мы вернемся к «исходному состоянию» глобальной экономики.

Говорят, что существует 12-процентный шанс того, что климатические изменения к 2100 году снизят глобальное производство более чем вполовину, и 51-процентный шанс, что они понизят ВВП на душу населения на 20% или даже больше. Для сравнения, мировой экономический кризис на время снизил глобальный ВВП примерно на 6%. Помните, что каждый полет на самолете из Нью-Йорка в Лондон и обратно стоит Арктике еще трех квадратных метров льда!

VIII. Отравленные океаны

Океан станет убийцей, к концу века уровень моря поднимется как минимум на четыре фута, а может быть, и на все десять. Треть всех крупнейших городов мира расположены на побережье, не говоря уже об электростанциях, военно-морских базах, сельских угодьях. Минимум 600 миллионов человек живут в зоне досягаемости 10-метрового повышения уровня моря.

Более трети общемирового углерода впитывается океаном, происходит его подкисление, что может добавить еще полградуса к потеплению в этом веке. Оно уже отравляет водоемы планеты, возможно, вы слышали об «обесцвечивании кораллов», и это очень плохая новость, так как коралловые рифы лежат в основе более четверти все морской жизни, которая дает пищу полумиллиарду людей. Подкисление океана также будет воздействовать и на популяции рыб. А когда уровень pH крови человека падает настолько, насколько он упал в океане за время жизни последнего поколения, это вызывает судороги, кому и внезапную смерть.

Поглощение углерода может запустить петлю обратной связи, в результате в воде с низким содержанием кислорода будут размножаться микробы, которые сделают воду еще более «аноксидной», сначала — глубоко в океане, в «мертвых зонах», затем — все ближе к поверхности. Тогда вымрут мелкие виды рыб, поглощающие кислород бактерии еще больше размножатся, удвоив петлю обратной связи. Это процесс, из-за которого мертвые зоны будут разрастаться подобно раку, разрушая морскую жизнь и уничтожая рыболовство. Сульфид водорода настолько токсичен, что эволюция научила нас распознавать даже самые слабые его следы, вот почему наши носы так чувствительны к метеоризму. Кроме того, именно сероводород привел когда-то к гибели 97% всей жизни на планете, когда все петли обратной связи были приведены в действие. Постепенно мертвые зоны океана расширились, убивая морские виды, и газы, которые неподвижная вода стала выпускать в атмосферу, уничтожили все на суше. В том числе и растения. Прошли миллионы лет, прежде чем океаны оправились.

IX. Большой фильтр

В мире, который станет жарче на шесть градусов, экосистема Земли будет кипеть таким количеством природных катастроф, что мы начнем называть их просто «погодой». Скоро мы будем видеть в ней месть прошлого. Сейчас настала пора расплачиваться сразу за несколько веков.

Некоторые из ученых ссылаются на известный парадокс Ферми: если вселенная так велика, почему мы до сих пор ни разу не натолкнулись на следы разумной жизни? По их мнению, ответ — в том, что естественная продолжительность любой цивилизации составляет всего несколько тысяч лет, а индустриальной цивилизации — возможно, всего несколько сотен лет. Не исключено, что в огромной вселенной цивилизации просто-напросто самоуничтожаются быстрее, чем успевают добраться друг до друга. Цивилизации возникают и развиваются, но затем некий природный фильтр ведет к их вымиранию, и если мы посмотрим на нашу планету, то увидим, как этот фильтр срабатывал и в прошлом, когда случались все эти массовые вымирания.

Массовое вымирание, которое мы переживаем сейчас, только началось. Но у климатологов есть своеобразная вера в то, что мы найдем способ справиться с глобальным потеплением — просто потому, что должны. Ученые в общем и целом уверены в изобретательности людей. Когда мы все осознаем, какой ущерб мы уже нанесли планете, мы найдем способ сделать ее пригодным для жизни. Другого варианта эти ученые просто не могут себе представить.
 

Оригинал публикации: The Uninhabitable Earth

Перевод: Inosmi.ru

Публикуется в сокращении

Новости по теме

Все материалы →

Комментарии (0) Добавить комментарии

  • x

    ИЗ-ЗА ПИНДОСОВ ПОМЕНЯЕТСЯ ВСЕ НА ЗЕМЛЕ... ИХ ЗВЕРСТВА НЕ ЕСТЬ ХОРОШО...ПОЭТОМУ И ПРИРОДА И ВЫСШИЙ РАЗУМ ЗА УНИЧТОЖЕНИЕ ПИНДОСОВ АМЕРИКОСОВ.


Новости по теме

Все материалы →