Расследование

Die Welt: Немецких солдат не заставляли участвовать в расстрелах

17.04.2015, 06:00
{Die Welt: Немецких солдат не заставляли участвовать в расстрелах} Молдавские Ведомости
Расстрел евреев в Ровно

Известный режиссер попытался выяснить, испытывают ли потомки этих солдат «коллективную генетическую вину» за массовые убийства

Убийцей может стать каждый, считает режиссер нового документального фильма «Радикальное зло» Штефан Рузовицки, обладатель премии «Оскар» за фильм «Фальшивомонетчики». Он задается вопросом, что испытывали молодые люди, носившие нацистскую униформу и уничтожившие за годы войны тысячи людей. Рузовицки пытается объяснить, почему в тех обстоятельствах эти ужасы представлялись «нормальными».

 В интервью изданию Die Welt Штефан Рузовицки сказал: «Я вполне представляю себе, как люди тогда попадали в эту ситуацию, как они делали первые шаги. Ты - член группы, в которой приходится поступать не в соответствии с собственными морально-этическими нормами, а так, как нужно действовать, чтобы не казаться белой вороной. Все это перевешивало мораль. Но убийства детей - они просто непостижимы. После того, как я сам стал отцом, мне было очень тяжело смотреть на киносцены, в которых убивали детей. А ведь те убийцы сами зачастую были любящими отцами… Когда солдат с расстояния двух метров пускает пулю в лоб ребенку - это нечто непостижимое для меня…».

По мнению режиссера, люди попадали в  замкнутый круг: совершив что-то ужасное однажды, убеждали себя, что жертвы это заслужили, потому что они — недочеловеки. И им приходилось продолжать убивать, чтобы доказать себе, что это не было какой-то досадной случайностью: «Происходила своеобразная «промывка мозгов» самому себе, чтобы больше не задумываться, что ты участвуешь в массовом убийстве».

 Штефан Рузовицки говорит, что в расстрелах участвовать никого не заставляли: «Это, возможно, самый ужасный аспект. Солдаты, отказывавшиеся от этого, рассказывали мне, что их за это ругали; у одного из них было ощущение, что его не повысили в звании и лишили свободного времени. Это и была цена за то, что тебе не приходилось ежедневно убивать женщин и детей». 

 Невыносимо было слушать, как убийцы приводят свои аргументы, говорит режиссер: «Да, мы совершили геноцид, но посмотрите-ка на Сталина, он убил гораздо больше людей!». Историки и социологи должны выработать некий общий контекст, чтобы разобраться в причинах, способных привести к новому геноциду.

Большинства героев фильма уже нет в живых. Их основным убеждением было то, что это была «ужасная работа», которую им, однако, приходилось выполнять, потому что «так положено». Расстрелы совершались среди бела дня, очень многих немецких евреев депортировали на восток и только там уничтожали. Солдатам было строго-настрого запрещено делать фотографии и отправлять на родину, потому что в Германии это могло быть воспринято отрицательно. Записей массовых расстрелов практически нет, создателям фильма удалось найти только один. На дальнем плане видны сотни людей, которые пришли посмотреть на это массовое убийство. В одном из писем, зачитанных в фильме, описан эпизод:  солдаты в поисках развлечений после обеда отправлялись смотреть на расстрелы, рассматривая эти убийства как нечто вполне законное. Ведь не может же быть плохим что-то, происходящее среди бела дня жарким летом на глазах у сотен зрителей!

 Испытывают ли Германия и Австрия «коллективную генетическую вину», спрашивают журналисты у Штефана Рузовицки? Его ответ: «Во время чествования Мартина Карплюса, лауреата Нобелевской премии по химии за этот год, которому в 1938 году пришлось покинуть Вену, прозвучали странные нотки стыда: мол, мы, австрийцы, тогда изгнали Карплюса, но это не так: потому что это были не мы, а наши деды, они были преступниками, - рассказывает режиссер. - Мы и так несем свою ношу ответственности за их деяния тем, что вынуждены разбираться в вопросах реституции, но сами-то мы не преступники! Мы не являемся обществом преступников — мы лишь потомки этого общества».

Могут ли массовые убийства тех времен повториться здесь и сейчас, то есть в «цивилизованной» Европе?

«Человеческая природа, конечно, не меняется, речь о том, какие политические инструменты и институты могут предотвратить возникновение подобной ситуации, - говорит Рузовицки. - Ведь на самом деле нужно не так уж и много, чтобы направить людские массы на ложный путь».

 

Новости по теме

Все материалы →

Комментарии (0) Добавить комментарии


Новости по теме

Все материалы →