- Мне не хочется повторять историю нашего театра – ее и так все знают. Суть в том, что я, которая была занята во всех спектаклях театра, оказалась не у дел. Вначале, когда только переехали в здание бывшего кинотеатра «Москова», мы были полны энтузиазма, сами все шили-мыли, я использовала любую возможность работать и даже «Женщины Пикассо» играла в фойе, потому что нет малого зала, но...

 

Два года, пока пройдет реконструкция, надо как-то прожить. Здесь не Москва и не Бухарест, количество театров ограничено, как и ограничены их возможности взять в труппу еще одну актрису. А у меня полно сил, я еще могу и хочу что-то делать в своей профессии.

 

- Мне всегда казалось, что я не имею на это права, что для преподавательской деятельности должно быть дополнительное образование. Ну и потом, меня не приглашали. Но я давно думала о том, что надо расширить рамки своей профессии. А как-то меня словно озарило: я могу открыть свои курсы!

 

Петру меня поддержал: он говорил, что в Питере и в Москве уже давно существует такая форма работы. И я стала фокусировать все свои мысли на этом, пытаясь нащупать, почувствовать, что конкретно я могу дать людям, которые захотят прийти ко мне. Постепенно пришло осознание того, что я – обладатель золотого запаса: 30 лет трудового стажа, работа в таком театре, как им. Ионеско, колоссальный опыт работы с другими театральными коллективами, других школ, других наций. А дома лежит собранный за годы материал: мои и Петру конспекты, наши какие-то идеи, записанные упражнения, словом, столько всего, что хватит на многие годы вперед.

 

И как только я начала на бумаге расписывать план, стратегию, то все обрело четкие черты. Я поняла, что это будет классно, и не так, как у всех.

 

- Взрослая группа, между прочим, самая большая. По сути, это курс личностного развития через метод актерского мастерства. Самоконтроль, саморазвитие, способность общаться — разве это не то, в чем многие из нас нуждаются?

 

В конечном итоге, это поиски своего «я»: что с твоей личностью, где и откуда твои проблемы, как их решать. И через упражнения ты познаешь себя — и в чем-то начинаешь меняться.

 

Мышление, память, наблюдательность, ритмика, координация, эмоции — совершенствуется все. Ведь театр – это взаимодействие головы, тела и души – и не по очереди, а одновременно.

 

- Нет! Мне это нужно как творческому человеку. Я себя открываю в первую очередь, но с неизвестного мне ракурса. Если раньше я была на сцене — и выражала через себя чувства, эмоции, себя выражала, то теперь уже не я, а они ищут путь, через который я прошла.

 

- Конечно, я имела свои комплексы. И вся разница в этом смысле между театральным вузом и курсами в том, что там ты просто работаешь день за днем, что-то делаешь, и твоя конечная точка – выйти из тех дверей актером.

 

- Если бы я не поехала учиться в Москву, я, конечно, не стала бы актрисой. Я бы окончила Институт искусств и поехала в село, где вела бы кружок в Доме культуры.

 

«Щука» (Театральное училище имени Щукина – прим. ред.) дала все! Ведь вроде я тут проходила то же самое – но нет… Там были блестящие педагоги, которые служили в театре Вахтангова. Борисов, Ульянов, Этуш, другие. Там нельзя было прийти на урок и ничего не делать. Ты вкалываешь вне зависимости от того, сколько тебе Бог отмерил таланта. И именно эта школа растит Личностей.

 

В «Щуке» самый мало-мальский дар умеют раскручивать для того, чтобы ты потом мог это выдавать на сцене. Ну и плюс прекрасное культурное образование.

 

Конечно, потом все меняется, и опыт проходишь разный, но школа – это азбука театрального мастерства. И это на всю жизнь.

- То, что я не героиня, а характерная актриса – это факт. И у каждого изначально определено, кого играть. Потому что уши такие, рост такой, фигура такая и так далее… 

 

Ты, конечно, можешь играть что угодно, но позволяет ли твой типаж? Конечно, может найтись особый режиссер с особым видением… Положим, мне предлагали играть Джульетту. Но это уже не та Джульетта, которую описал Шекспир.

 

- Взросление актрисы может быть и очень приятным, и очень болезненным. Но вот тут мы возвращаемся к предыдущему вопросу. Трагично, когда амплуа героини – и в каком-то возрасте тебя уже на героиню не зовут. Приходят новые молодые красивые актрисы, и все останавливается для тебя. Потому что для героини ты стара, а в характерной роли кто-то уже состоялся и делает ее лучше тебя. Как и в ситуации с травести. Должен быть какой-то крутой поворот, чтобы на нужную трассу вырулить.

 

Мне всегда было легче: характерные роли можно играть и в 60 лет. И можно экспериментировать, как это мы с режиссером Виталием Дручеком сделали в «Женщинах Пикассо».

 

К счастью, моя актерская жизнь не заканчивается на том, что кто-то не взял в спектакль. Сейчас моя жизнь – в этом проекте. Но он не мешает мне играть все мои спектакли, а также те, что еще будут. Силы есть и курсы вести, и по вечерам играть.

 

- Вот именно – система. Хотя, может, ее и невозможно описать как схему. Но однозначно, в нашей профессии нельзя сегодня думать, а завтра телом заниматься. Все вместе и каждый день!

 

Вот, например, книги: ты не почитаешь месяц-другой – и ведь сразу по тебе видно, что настал застой. Глаза меняются.