Согласно представленной на последнем заседании правительства версии проекта Налоговой политики на 2011-2013 годы, основные перемены сводятся к возврату с 2012 года к 10-процентому налогу на прибыль с юридических лиц; увеличению предела обязательной регистрации плательщиков НДС – с 300 тыс. до 600 тыс. леев; и повышению ставки НДС на сахар с нынешних 8 до стандартных 20%.

 

Среди других мер также числится установление максимальной ставки налога для предоставления услуг перевозок такси в размере 1000 леев в месяц. Увеличение в восемь раз максимальной ставки за парковки машин – до 48 леев за каждый квадратный метр в год. Кроме того с 2011 года Минфин планирует ввести единый налог на деятельность предприятий в сфере услуг, в том числе на техобслуживание и ремонт автомобилей, таксоперевозки, рестораны и бары, стоматологические кабинеты, парикмахерские и салоны красоты. Новый налог объединит НДС, местные сборы, сбор за охрану природы и дорожный сбор. Планируется, что его размер будет устанавливаться в зависимости от годового объема продаж этих предприятий. Конкретный размер налога пока не объявлен.

 

Единственным послаблением для бизнеса, предусмотренным в череде фискальных нововведений, можно считать предоставление льгот от правительства тем экономическим агентам, которые поднимут зарплаты своим сотрудникам. Министерство финансов предложило снизить объем выплат в соцфонд для тех предприятий, которые увеличат фонд заработной платы в последующие годы.  И хотя в целом в 2011 году выплаты в фонды социального и обязательного медицинского страхования - останутся на прежнем уровне, то есть 29% и 7% соответственно, в случае, если компании поднимут зарплаты сотрудникам на 10%, 20% или 30%, им будет разрешено выплачивать в соцфонд меньше: ставка составит соответственно 21%, 19% и 17%.

 

Учитывая, что сейчас владелец предприятия при выплате зарплат несет дополнительные расходы в размере более 50 процентов, данное решение может способствовать выводу зарплат из тени. И все же налоговая нагрузка остается весьма значительной, учитывая крайне низкий общий уровень доходов населения в нашей стране, поэтому принципиального решения проблемы данная мера скорее всего не даст.

 

Вот, в сущности, и все предложенные правительством изменения. Назвать их революционными никак нельзя. По сути, все пожелания, которые высказывались в ходе столь многочисленных в последнее время форумов и круглых столов представителями бизнес-сообщества, остались за рамками данной реформы.

 

Вопреки объявленному стремлению привести налоговую систему к Европейским стандартам, никаких реальных подвижек в череде предложений Минфина нет. Ведь по большому счету, модель демократии налогоплательщика на Западе сводится к тому, что там граждане платят государству за определенные услуги. У нас же по-прежнему налоги платятся без всякой надежды на какое бы то ни было покровительство со стороны государства, а лишь затем, чтобы «оставили в покое». И сейчас главная жалоба бизнеса – не на то, что налоги идут куда-то не туда (все уже смирились с тем, что контролировать этот процесс все равно не удастся), а на отсутствие гарантий, что даже после оплаты налогов, аппетит у налоговиков не разыграется вновь, и не придется раскошеливаться еще раз.  

 

Если ставить целью легализацию бизнеса, следовало бы сфокусировать и сосредоточить налоговую систему на тех налогах, которые собирать и контролировать легче (а бизнесу легче отчитываться и быть чистым перед законом), и вести реальную войну против массового и несистемного вымогательства со стороны государства. У нас же, несмотря на все мольбы бизнесменов и активно демонстрируемую заинтересованность со стороны представителей государства, налоговые проверки остаются «абсолютным оружием» против бизнеса.

 

И меры по их регламентации пока не дали никаких видимых результатов. Рассмотрение налоговиками документов налогоплательщика проводятся и оформляются так, как пожелает конкретный чиновник. Он имеет право истребовать сколь угодно значительный объем не только любых дополнительных сведений, но и любых объяснений, в том числе нотариально заверенных, что означает гарантированный паралич проверяемой организации. Широкое распространение получила практика «приостановки» проведения проверок, растягивающая время их проведения вдвое, а то и больше.

 

При этом так и нет никакой нормы документального оформления итогов налоговой проверки. Зачастую они не оформляются вообще. Соответственно, не существует никаких механизмов рассмотрения возражений налогоплательщика и защиты его интересов. Стоит ли удивляться, что любую попытку выставления судебного иска экономическим агентом в отношении налоговых органов наши бизнесмены расценивают как полный абсурд.

 

Получается, что все ограничения носят откровенно фиктивный характер, и налоговики, как и раньше, могут круглый год развлекаться со своей жертвой, вся вина которой состоит в факте ведения легальной хозяйственной деятельности.

 

И даже после того, как проверка заканчивается, налоговые структуры имеют возможность выставлять заведомо нереальные сроки уплаты доначисленных налогов, например, в течение пяти рабочих дней, не считаясь с тем, что внезапные требования одномоментной уплаты значительных сумм могут уничтожить даже вполне благополучные предприятия.